Софья Павловна Кедрова

На её занятиях даже самые стеснительные дети начинали рассказывать истории. Софья умела дать человеку место и время. Мы сохранили её коробку с карандашами для следующих встреч.

В её чашках всегда оставалась живая линия руки. Она говорила, что небольшая неровность помогает вещи подружиться с человеком. Я часто вспоминаю это за работой.

Она задавала автору вопросы, после которых текст становился точнее ещё до появления рисунков. Софья работала внимательно и смело, сохраняя уважение к чужому замыслу.

Софья никогда не требовала, чтобы день был идеальным. Даже неудачный пирог становился у неё смешной историей. Рядом с ней было легко оставаться собой.

Соня, твои рисунки наполнили наш дом так же, как когда-то твой смех. Я узнаю тебя в каждом маленьком герое: в его упрямстве, теплоте и желании помочь.

Ты всегда спрашивала, какая история у вещи, которую я принёс в мастерскую. Ты умела видеть больше, чем было заметно с первого взгляда. Я бережно храню твои первые книжки.

Мама, я дорисовала домик для нашей птицы. У него много окон, как ты любила. Я положила рисунок в альбом рядом с твоим, чтобы они могли быть вместе.

Ты научила меня замечать свет в окнах и не проходить мимо красивой тени. Теперь наши прогулки стали тише, но я всё ещё мысленно показываю тебе каждый удачный поворот улицы.